March 29th, 2010

настоящее

уничтожение документов в архивах

Никита Андреевич Ломагин. Неизвестная блокада. СПб: Издательский Дом «Нева», М: изд. «ОЛМА-ПРЕСС», 2002. — 960 с.
(стр.102)
А. А. Кузнецов
Как и все пострадавшие в ходе так называемого «ленинградского дела», А.А. Кузнецов оставался запретной темой для историков в течение нескольких десятилетий. Кроме того, многие архивные материалы, имевшие отношение к нему, в связи с его арестом и расстрелом были изъяты и уничтожены.

Книжка лежит и на гугле в сканах, и в текстовом пдфе имеется.
Об авторе её ничего не знаю, кроме рекомендации в комментах:


(Анонимно)
2010-03-28 05:20 pm UTC (ссылка)
Ломагин - фээсбэшный архивист, "с правом доступа", поэтому сделал себе имя на сенсационных документах. Там задокументированы и банды ленинградских людоедов (выловлено 2 тыс. людоедов за декаду декабря 1942 г.), и "завЛентрестресторанами тов. Фельдман" с съеденными крысами свиными окороками и столбиками золотых монет, и уникальный дневник попавшей в оккупацию Лидии Осиповой, и донесение, что со Ржевки каждые полчаса взлетает самолет с эвакуируемыми евреями (ценный народец берегли!), и сладкая, со светом и теплом, жизнь смольнинских "товарищей"... Книга вышла в 2003-м г., сразу же появилось переиздание, дополненное и расширенное.
настоящее

во время расстрела людей в Останкино ельциноиды ломились в Гознак за миллиардом налички

По наводке

http://www.itogi.ru/report/2010/11/149893.html
Итоги №11 / 718 (15.03.10)
Последний банкир Империи. Андрей Камакин

Андрей Камакин
— Не могу пройти мимо событий 21 сентября — 4 октября 1993 года. Перед вами стоял тогда выбор — на чью сторону встать?

Виктор Геращенко
— Знаете, я со своими каждодневными заботами был очень далек от всех этих политических дрязг. Хотя, конечно, не мог не видеть, что накал противостояния между президентом и парламентом день ото дня нарастает... 21 сентября вызвали в Совмин. В самом этом факте ничего необычного не было: я официально входил в состав кабинета — Ельцин даже издал по этому поводу специальный указ — и, как правило, участвовал в заседаниях. Несколько удивил только неурочный час сбора: дело было уже к вечеру. Ну, приезжаю в назначенное время. А правительство тогда располагалось на Старой площади. Навстречу выходят встревоженные Степашин, Рябов, еще кто-то из депутатов, их догоняет Починок (на тот момент — члены Верховного Совета РФ. — «Итоги»). Спрашиваю Починка (Александр Починок — министр труда и социального развития РФ в 2000—2004 годах, ныне член Совета Федерации. — «Итоги»): «Саш, что случилось?» — «Ельцин подписал указ о роспуске парламента. Нас не захотел принимать. Хотели попасть к Филатову (Сергей Филатов — глава администрации президента в 1993—1996 годах. — «Итоги») — тоже не принял. И Черномырдин не принимает. Что будет — черт его знает!»

Стало быть, собрались, ждем, народ между собой о чем-то шушукается. Премьера нет и нет. Наконец где-то через полчаса появляется Черномырдин: «Сейчас по телевизору будет выступать Ельцин, давайте посмотрим». Телевизор стоял в задней служебной комнатке. Набились туда, выслушали президента... Черномырдин: «Ну, что скажете?» Шумейко (Владимир Шумейко, тогда первый зампредседателя Совета министров РФ. — «Итоги»): «Все правильно». То же самое говорят Грачев, Ерин (соответственно министр обороны и глава МВД. — «Итоги»), Борис Федоров...

Дошла очередь до меня. Черномырдин: «Виктор Владимирович, ты как?» А у меня сложное положение: по закону ЦБ подотчетен Верховному Совету, но и для правительства я вроде как не чужой. «Знаете, — отвечаю, — я бы сделал это не так». — «А как?» Встревает Федоров: «Пусть скажет: он за или против?» Продолжаю: «Я бы объявил о роспуске в субботу (событие происходит во вторник. — «Итоги»). Пока выходные — то-се, напряжение бы спало. А сейчас что вы получите? Бардак!» Федоров снова: «Нет, пусть он скажет». Черномырдин: «Да ведь он уже сказал: не против, только сделал бы по-другому...» На том тогда и разошлись.

— Похоже, вы не слишком переживали по поводу роспуска парламента.

— Я, конечно, понимал, что это не вполне законный шаг. Но большого сожаления у меня действительно не было. Я не считал, что депутаты бьются за счастье народное. Правда, некоторые бдительные коллеги, тот же Борис Федоров, все-таки нашли крамолу в моих действиях: обвинили в «финансировании мятежников». Ситуация была следующая. На другой день после того заседания, 22 сентября, в Центробанк пришли представители Верховного Совета и заявили, что хотят снять деньги со своих счетов. Всего там в общей сложности было около 600 миллионов рублей (по тогдашнему курсу менее 600 тысяч долларов США. — «Итоги»). Звонят подчиненные: «Что делать?» — «Деньги их?» — «Их». — «Кто перевел?» — «Минфин».

Это был обычный транш, ежемесячно выделявшийся из бюджета на жизнедеятельность парламента. Кстати, деньги поступили всего за три-четыре дня до объявления указа № 1400, то есть Федоров тоже был не в курсе ельцинских планов. Никаких законных оснований замораживать эти деньги у меня не было. Ну и что, что парламент распустили? Депутаты, работники аппарата, техперсонал в любом случае должны получить зарплату и выходное пособие. И я дал добро. Разговоров по поводу якобы проявленной мной нелояльности было потом много. Но надо отдать должное президенту и премьеру: они оказались выше мелочной подозрительности.

А через неделю я отправился с визитом в Китай — по приглашению главы Народного банка. Но сначала остановился на один день в Токио: мы открывали там одну компанию. Была официальная церемония, ужин. После торжественной части решили с коллегами посидеть в неформальной обстановке. Я проводил жену в гостиничный номер, присел на минутку перед телевизором... И уже не мог оторваться: СNN передавал картинку из Москвы: горящие баррикады, столкновения на улицах... Звонят коллеги: «Ты куда пропал?» — «Включайте телевизор, какая тут выпивка!» Это было, насколько помню, 3 октября.

В ту же ночь, часа в два или три, звонок из Москвы. Там, правда, был еще только вечер. Войлуков: «Виктор Владимирович, в Гознак приехал Вавилов (Андрей Вавилов, тогда первый замминистра финансов, ныне член СФ. — «Итоги») с каким-то генералом и требует, чтобы ему срочно выдали деньги». Уже не помню точно, о какой сумме шла речь. По-моему, что-то около миллиарда рублей (по тогдашнему курсу 855 тысяч долларов. — «Итоги»). Как мне потом рассказывали, вид у первого замминистра был при этом, мягко говоря, не слишком официальный — джинсы, какая-то спортивная обувь... Гознак, понятно, отказал Вавилову. Не из-за нарушения дресс-кода, разумеется. Просто, хотя денежный станок и принадлежит Минфину, распоряжаться свежеотпечатанными купюрами может только Центробанк. Требовалась моя виза.

Я решил не цепляться к формальностям. Во-первых, вcе равно мы обязаны были выдавать Минфину кредиты в рамках квартального лимита. Во-вторых, к гадалке не ходи: не получив денег, Вавилов тут же поднимет шум, побежит к Ельцину... В общем, выйдет себе же дороже. «Что ж, — говорю, — оформляйте, пусть пишет расписку».

— В связи с чем, интересно, была такая срочность?

Насколько я понимаю, деньги предназначались военнослужащим, участвовавшим в подавлении антипрезидентских выступлений. В первую очередь тем, кто на следующий день, 4 октября, палил из танков по Белому дому... Правда, Гайдар потом в каком-то интервью вспоминал, что в те дни правительство обращалось в ЦБ за кредитом для какого-то «оперативного резерва», но наши телефоны молчали. Геращенко, мол, испугался, выжидал, чья возьмет, и поэтому пришлось обращаться за помощью к коммерческим банкам. По-моему, Егор Тимурович здесь что-то напутал. Никаких других просьб со стороны кабинета к нам в те дни не поступало, а ту, переданную через Вавилова, мы исправно выполнили... Ну а до Китая я тогда так и не доехал — на следующий день вылетели в Москву.
настоящее

пока сирот наказывали нейролептиками, в их квартирах проживало начальство интерната

Тут гражданин занимается нарушениями прав людей связанными с неправомерной психиатрической "помощью":
http://i-voloshin.livejournal.com

По его наводке
- о событиях годичной давности:

http://www.ntv.ru/novosti/154851/
30.03.2009, 19:59
Эфир подготовил Андрей Григорьев
Корреспондент службы информации НТВ

Карательная психиатрия

Сегодня получила огласку мрачная история из жизни воспитанников интерната «Наш дом» в подмосковном поселке Томилино. Выяснилось, что за плохое поведение детей регулярно наказывали… карательной психиатрией, направляя на принудительной лечение в клинику для душевнобольных. Там «воспитуемым» кололи сильнодействующие препараты.

В этих фактах и хотелось бы усомниться, но их уже подтвердила прокуратура, обнаружившая в интернате и множество других нарушений. Например, 10 его сотрудников, включая замдиректора, жили в квартирах, закрепленных за воспитанниками.

Корреспондент НТВ Андрей Григорьев передает с места событий.

Знак «Осторожно, дети» на воротах выглядит теперь предупреждением для детей. В интернате каждый воспитанник знает — те, кто перечит администрации, попросту исчезают.

Воспитанник интерната: «У нас троих человек забрали. За что? Можно сказать, за то, что убегают».

Куда уходит детство, выяснилось, когда пятнадцатилетнего подростка, отказавшегося ехать в зимний загородный лагерь, бабушка, а здесь не только сироты, но и дети, оставшиеся без попечения родителей, позже обнаружила в психбольнице.

Юрий Котов, руководитель Люберецкой районной общественной организации «Детство»: «В подмышки, в пятки, в ляжку делали сильнейшие препараты психотропные. Вы знаете, что один из них вообще запрещен Конвенцией по правам защиты детей. О том, что эти препараты к ним применялись, дети сами пишут».

Тревогу забили общественные организации, а когда к разбирательству подключилась прокуратура, оказалось, что принудительная госпитализация в «Нашем доме» — весьма распространенный педагогический метод.

Долгое время никто и не подозревал, что творится за бетонной оградой. По мнению прокуратуры, детей-сирот за малейшую провинность незаконно помещали в психиатрические больницы Подмосковья. Случаев десятки, но ни в одном из них для помещения ребенка в стационар не было никаких медицинских показаний.

Людмила Блатова, воспитатель: «Воспитание, чтобы хорошо себя вели. Мне дети рассказывали, что в психушке руки привязывают, на дверях нет ручек, гулять не пускают».

Директор интерната Лариса Арестова вовсе не под арестом. Когда все открылось, написала заявление об увольнении по собственному желанию.

Галина Первеева, и. о. директора школы-интерната «Наш дом»:

Прокуратура усмотрела в действиях администрации учреждения признаки уголовного преступления по статье «Незаконное помещение в психиатрический стационар».

Ольга Светлова, старший помощник прокурора г. Люберцы: «Установлено, что воспитанники, имеющие так называемое девиантное поведение, то есть совершавшие самовольные уходы из учреждения, грубо нарушающие дисциплину, в не добровольном порядке и в нарушение закона о психиатрической помощи направлялись в московские областные психиатрические больницы».

Десять работников во главе с заместителем директора имели на руках фальшивые свидетельства о регистрации, а на самом деле, по некоторым сведениям, жили в квартирах, закрепленных за воспитанниками интерната.

Денис Буров, начальник отдела дознания Люберецкого УВД: «Эти гражданки, нарушая установленный порядок получения свидетельства о регистрации, за соответствующие денежные средства по объявлению получили заведомо подложные данные документы».

Дисциплинарные взыскания и штрафы — только это пока грозит сторонникам медикаментозного вмешательства в воспитание. Вопрос о возбуждении уголовного дела решает сейчас Следственный комитет при генеральной прокуратуре Российской Федерации.
настоящее

взрывы? а что с кораблём Чабаненко в Индийском океане?

Взрывы, конечно, перекрывают всё, но хотелось бы обратить внимание на то, что я спросил про БПК Чабаненко, который вероятно поломался в Индийском океане:
http://man-with-dogs.livejournal.com/775204.html

Может быть столь странные взрывы в Москве связаны с чем-то, от чего пытаются отвлечь внимание? С фсбешников станется людей убивать для "отвелечения внимания".
  • Current Mood
    Россия, возродись!