Man With Dogs (man_with_dogs) wrote,
Man With Dogs
man_with_dogs

Categories:
  • Mood:

счастливое детство в Стране Большевиков (семерых зарезал я – отсидел четыре дня)

Хотел было выделять как-то самое кричащее из процитированного, но тогда пришлось бы выделять почти всё. Так что выделил цветом только частушку.

Кстати, тут же поднимается вопрос натягивания политических статей на уголовные дела - как попытка ужесточить наказание по социально значимым делам - сначала (после чубаровского дела), а потом низкий, падающий уровень профессионализма судов, спускание разнарядок с центра и личные мотивы привели к массовому произволу. Так, бестолковый советский УК стал не только причиной массового распространения хулиганства и прочей преступности, но и из-за нежелания отбросить свои советские глупости и сделать нормальный УК - привёл к МАССОВОМУ ПРОИЗВОЛУ с назначением политических статей за уголовные дела. Это контингент - один из тех, кому по нынешним законам положена реабилитация - т.к. судили не по УК, а ужесточали наказание за фиктивную "политику".

Кстати - это урок нынешним кроителям законов, которые вместо создания СБАЛАНСИРОВАННЫХ законов и отлаженной системы правосудия и правопорядка, постоянно кроят законы в разные стороны, с общим направлением к ужесточению и большему произволу. Опыт большевиков показал, что несбалансированность приводит к перекосам, перекосы к давлению в обществе, давление в обществе к усилению перекосов, а далее - прямиком к массовому террору, концлагерям и рвам полным трупов по всей стране.




О том, как на основании статьи Панина про хулиганство можно восхищаться совком, читаем у Пучка Гоблинов:
http://oper.ru/news/read.php?t=1051603001
Там и "пролетарские менты сразу всех переловили", и радость от того, что хулиганство стали квалифицировать как бандитизм и стращать хулиганов расстрелами.

Восхищайтесь:


Журнал "Вестник Евразии" 2003 №4
http://www.eavest.ru/magasin/artikelen/2003-4_pan.htm
Станислав Панин
«ХОЗЯИН УЛИЦ ГОРОДСКИХ».
Хулиганство в советской России в 1920-е годы
(выборочное цитирование)

Возраст основной массы хулиганов составлял от 12 до 25 лет[9]. Хулиганство занимало одну из основных позиций в списке правонарушений, совершавшихся несовершеннолетними. По данным 252 комиссий по делам о несовершеннолетних (в основном занимавшихся делами о правонарушениях, совершенных несовершеннолетними в городах), в 1925 году в РСФСР 21% всех таких дел были о хулиганстве и «дурном поведени»[10].

Мировая и гражданская войны, события 1917 года, эпидемии и голод травмировали детей и подростков физически и психически, показав им страшные картины насилия, оскорблений и надругательств над личностью, смерти в ее самых пугающих проявлениях. Смерть родителей и близких в результате голода и эпидемий, голод и полное одиночество ребенка перед лицом окружающего мира были в это время типичными явлениями. Вот обычное для 1920-х годов описание детских лет хулигана: «Росновский Владимир, осужденный за хулиганство. Родился в г. Уральске. В 1919 г. его родители умерли от сыпного тифа. В 1921 г. в Самаре погибли от голода два его брата и две сестры. Голодал. На вопрос, что помнит из детства, отвечает, что в его памяти отложилось только два момента: гибель родителей и расстрел днем в центре деревни, куда он случайно попал, скитаясь после смерти близких, 7 мужчин и 1 женщины…»[11].

Психиатры констатировали, что молодые люди, детство и переходный возраст которых совпали с периодом социальных потрясений, проявляли повышенную нервозность, истеричность, склонность к патологическим реакциям. Например, из 408 обследованных в 1927 году подростков Пензы, 31,5 % оказались неврастениками, а среди рабочих подростков уже 93,6 % имели нервные заболевания, осложненные туберкулезом и малокровием. В начале 1928 года в психоневрологическом кабинете было обследовано 564 ученика различных учебных заведений Пензы, 28 % из них составили умственно отсталые. Причем в школах городских окраин, населенных преимущественно рабочими, этот процент возрастал до 32 – 52, а в центральных районах с минимальным присутствием рабочих падал до 7 – 18[12]. На таком общем патологическом фоне нет ничего удивительного в результатах исследования, проведенного в 1920-е годы А. Мишустиным: среди обследованных хулиганов травматико-невротиков было 56,1 %, а неврастеников и истериков – 32 %[13].

Это время стало периодом массового распространения среди городских жителей «трущобных» болезней, в первую очередь венерических и в молодежной среде[14]. Сифилис и гонорея в запущенных формах оказывали существенное влияние не только на физическое, но и на психическое здоровье населения. Они негативно воздействовали на восприятие окружающей действительности и, как следствие, нередко вызывали неадекватную реакцию на внешние раздражители. Поэтому не случайно то, что среди хулиганов эпохи НЭПа доля больных венерическими болезнями доходила до 31 %[15].

Свою губительную роль в эскалации хулиганства 1920-х годов сыграли беспризорность и безнадзорность детей и подростков. ... . Многие хулиганы не мылись, ходили в грязной одежде. Речь хулиганов тоже играла знаковую роль, для нее были характерны ненормативная лексика и воровской жаргон[16].

Большое значение для эскалации городского хулиганства имело употребление алкоголя и в известной степени наркотиков. Показательно, что особо высокие темпы рост хулиганства принял после «легализации» в 1925 году советской водки «рыковки», когда население страны буквально захлебнулось алкоголем. ...

... «Все специалисты, сейчас, безусловно, сходятся в том, что современный алкоголизм отличается от довоенного. Война и революция с их потрясающими переживаниями, большое количество инвалидов и травматиков, в частности с ослабленной нервной системой, эпидемии, в особенности недоедание голодных годов и т. д., сделали многих менее устойчивыми против алкоголя, и реакции на алкоголь стали более бурными», – говорил в 1928 году доктор Цирасский. Кроме того, во второй половине 1920-х годов население советских городов потребляло спиртного просто больше, чем горожане в царской России. Все это в совокупности и определило значительное влияние алкоголя на этиологию хулиганства[17]. По данным А. Мишустина, в 1920-е годы 61,5 % семей хулиганов составляли те из них, в которых пил отец, 10,7 % – в которых пила мать, столько же – в которых пили оба родителя. Сами хулиганы того времени на 95,5 % были пьющими, причем 62 % среди них пили постоянно, а 7 % принимали наркотики[18].

...По материалам Главного управления местами заключений видно среди осужденных за хулиганство 30 % выросли без одного или обоих родителей, 45 % какое-то время были беспризорными. Около 1/2 осужденных составляли рабочие (из них почти 20 % были членами профсоюза), 1/6 – безработные и 1/7 – служащие[21]. Не менее 13% задержанных за хулиганство составляли комсомольцы и партийцы[22], 55 % хулиганов были холостыми[23].

...

В царской России стремление к самоорганизации демонстрировали только столичные хулиганские сообщества, в советской оно распространилось и на провинциальные города. Были созданы «Кружки хулиганов», «Общество “долой невинность”», «Общество советских алкоголиков», «Общество советских лодырей», «Союз хулиганов», «Интернационал дураков», «Центральный комитет шпаны» и др. Хулиганские кружки («Топтательный комитет», «Шайка хулиганов» и т.п.) образовывались и в школах; в них даже избирали бюро и платили членские взносы. Хулиганство в городских школах достигло такого уровня самоорганизации и агрессии, что, например, из страха перед террором как «чужих» хулиганов, так и «своих» администрация 25-й школы Пензы на некоторое время была вынуждена ее закрыть[25].

В отличие от сезонного деревенского городское хулиганство было круглогодичным и отличалось повышенной жестокостью. ...

... В Казани хулиганы сорвали агитационный полет, закидав палками и камнями самолет и пилота «Осавиахима», в Новосибирске разогнали комсомольскую демонстрацию, а в Пензенской губернии развернули настоящую «рельсовую войну»: разбирали железнодорожное полотно и подкладывали шпалы на пути проходивших поездов в Пензе и Рузаевке. За весну 1925 года им удалось пустить под откос три поезда: в марте около станции Сура сошел с рельсов скорый поезд (два человека умерли, девять были ранены), в апреле произошло крушение товарного поезда № 104, а в мае по той же причине сошли с рельсов паровоз и четыре вагона[29].

В 1920-х годах на руках у населения оставалось много холодного и огнестрельного оружия и хулиганы часто пускали его в ход. Как писал в 1925 году о городском хулигане некий Максимов: «Он вооружен – перчатка, кастет, финка, а иногда и предмет всех высших желаний хулигана – «шпалер» – револьвер всегда при нем»[30]. ...

Типичным явлением стало совершение из хулиганских побуждений таких преступлений, как убийство, бандитское нападение, поджог. И конечно, во всей «красе» показали себя хулиганы в изнасилованиях женщин, по преимуществу групповых. Как отмечали криминологи 1920-х годов, хулиган из рабочей среды «был весьма распущен в половом отношении и он насилием поганит раскрепощенную женщину»[32]. Любимым развлечением было устройство «тюльпана»: хулиганы ловили девушку, завязывали ей юбку над головой и бросали в кусты ногами кверху[33]. В Нижнем Новгороде 14 хулиганов изнасиловали пьяную девушку. В Пскове в 1926 году хулиганы случали с собакой 11-летнюю девочку, причем, как писала местная газета, «подобные случаи наблюдаются в том или ином месте каждый день». В сентябре того же года там же толпа хулиганов поймала беременную женщину, ее уложили на кровать и ставили ей банки на живот. В Ростове три девушки-работницы 17 – 23 лет для «смеха» помогали пьяному рабочему насиловать свою подругу. В Тверской губернии группа молодежи на вечеринке в доме некой Бороздкиной изнасиловала «тупоумную девушку, причем после насилия повалили ее на пол и стали лить ей в половой орган воду, скипидар, деготь, квас, разведенные дрожжи». Присутствовавшая при этом гражданка Морозова заставила 13-летнего мальчика остричь насилуемой волосы. В Перми 62 человека, в возрасте от 11 (!) до19 лет под постоянными угрозами в течение почти года насиловали, по 10 – 15 человек за раз, 16-летнюю девушку[34].

Апофеозом «сексуального хулиганства» стало знаменитое «чубаровское дело», когда молодые рабочие ленинградского завода «Кооператор» 21 августа 1926 года в саду «Сан-Галли» изнасиловали девушку-рабфаковку. Насилие совершали 40 человек, среди них было 9 комсомольцев и 1 кандидат в члены ВКП (б). Процесс над ними сделали показательным, «чубаровщина» стала нарицательным термином для обозначения групповых изнасилований из хулиганских побуждений, которых в годы НЭПа совершалось предостаточно.

...в городских хулиганских частушках[53]:

Пей, товарищ, самогонку,
А я буду наливать,
От советской-то от власти
Нам тюрьмы не миновать.

Ребятишки, режьте, бейте,
Нонче легкие суда:
Семерых зарезал я –
Отсидел четыре дня.

...
Ситуация все более и более выходила из-под контроля и власть решила дать хулиганам «достойный» отпор. В известной степени это была попытка удовлетворить желания горожан, требовавших «крови» хулиганов. Хулиганским поступкам стали придавать политическую окраску. Начало положил процесс по уже упоминавшемуся «чубаровскому» делу. В ходе его первоначальное определение преступления как группового изнасилования из хулиганских побуждений было заменено на бандитизм, который входил в группу наиболее тяжких государственных преступлений. А то обстоятельство, что жертва изнасилования оказалась комсомолкой, позволило проводить абсурдную мысль, что участники «чубаровского» дела – люди социально чуждые, опасные социалистическому строю и именно поэтому их действия были направлены против комсомолки. В ходе процесса помощник губернского прокурора М.Л. Першин даже предложил дополнить ст. 176 частью 3, которая предоставляла суду право применять высшую меру социальной защи ты – расстрел. В общем был создан юридический прецедент, позволявший возводить любой случай хулиганства в разряд политического преступления[58]. В стране началась «охота на ведьм», и почти в каждом регионе нашлись – да и не могли не найтись при таком размахе хулиганства – свои «чубаровские переулки».

Станислав Евгеньевич Панин, старший преподаватель кафедры отечественной истории и методики преподавания истории исторического факультета Пензенского государственного педагогического универси-тета им. В.Г. Белинского, Пенза.

9 Оршанский Л.Г. Хулиган (Психологический очерк) // Хулиганство и преступления. Л. – М., Рабочий суд, 1927. С. 79.
10 Люблинский П. Указ. соч. [Хулиган-ство и его социально-бытовые формы // Хулиганство и хулиганы. М., НКВД РСФСР, 1929.] С. 47.
11 Штерман С.П. Типы хулиганов-подростков. Социологический очерк. Харьков, Труд, 1927. С. 16.

12 Государственный архив Пензенской области (ГАПО). Ф. Р 423. Оп. 1. Д. 163. Л. 17 – 18; Ф. Р 453. Оп. 1. Д. 123. Л. 7, 79.
Высокий процент душевнобольных и патологических личностей среди хулиганов 1920-х годов показывают исследования, проводившиеся в то время.
См.: Бугайский Я. Указ. соч. [Хулиганство как социально-патологическое явление. М. – Л., Молодая гвардия, 1927.] С. 22 – 53;
Эдельштейн А.О. Опыт изучения современного хулиганства // Хулиганство и поножовщина. М., Мосздравотдел, 1927. С. 28 – 80.

13 Мишустин А. Алкоголь, наследственность и травма у хулиганов // Хулиганство и преступления... С. 151.

14 Более подробно эти сюжеты рассмотрены нами в работе:
Панин С.Е. Повседневная жизнь советских городов: пьянство, проституция, преступность и борьба с ними в 1920-е годы (на материалах Пензенской губернии) / Канд. дис. Пенза, 2002.

15 Мишустин А. Указ. соч. С. 149.

16 Лебина Н. Указ. соч. [Повседневная жизнь советского города: Нормы и аномалии. 1920 – 1930 годы. СПб., Нева – Летний Сад, 1999.] С. 63;
Рожков А.Ю. Молодой человек 20-х годов: протест и девиантное поведение // Социологические исследования, 1999. № 7. С. 112.

17 Более подробно эти сюжеты см. в: Панин С.Е. «Пьяная» преступность в России в 1920-е годы // Социологический журнал, 2002. № 4. С. 92 – 102.
18 Мишустин А. Указ. соч. С. 148-149.
19 Укше С. Женщины, осужденные за хулиганство // Хулиганство и хулиганы... С. 143.
20 Рапопорт А.М., Харламова А.Г. О женском хулиганстве // Хулиганство и поножовщина... С. 149.

21 Герцензон А.А. Рост хулиганства и его причины // Хулиганство и поножовщина... С. 15;
Ширвинд Е. Борьба с социальными аномалиями // Административный вестник, 1929. № 5. С. 32.

22 Бугайский Я. Хулиганство как социально-патологическое явление... С. 53.
23 Родин Д. Главнейшие моменты в современном хулиганстве... С. 82.
24 Люблинский П. Хулиганство и его социально-бытовые формы... С. 38 – 39.

25 Рожков А.Ю. Указ. соч. С. 112;
Трудовая правда, 1926, 14 октября.

26 Власов В. Хулиганство в городе и деревне // Проблемы преступности. Вып. 2. М.– Л., ГИЗ, 1927. С. 66.
27 Лебина Н.Б. Повседневная жизнь советского города... С. 59.

28 Люблинский П. Указ. соч. С. 45;
Бугайский Я. Указ. соч. С. 63.

29 Бугайский Я. Указ. соч. С. 63;
ГАПО. Ф. П 36. Оп. 1. Д. 994. Л. 256.

30 Максимов. Хулиганство и его социальное значение // Административный вестник, 1925. № 9-10. С. 34.

31 Власов В. Указ. соч. С. 64;
Дейчман Э.И. Алкоголизм и борьба с ним. М. – Л., Московский рабочий, 1929. С. 116;
Люблинский П. Указ. соч. С. 46.

32 Цит. по: Лебина Н. Указ. соч. С. 64.
33 Сегалов Т. Психология хулиганства // Проблемы преступности. Вып. 1. М. – Л., ГИЗ, 1926. С. 86.

34 См. подробнее: Бугайский Я. Указ. соч. С. 68 – 69;
Власов В. Указ. соч. С. 54 – 56;
Чубаровщина. По материалам судебного процесса. М. – Л., ГИЗ, 1927;
Дело в Чубаровском переулке (Несколько статисти-ческих данных) // Хулиганство и преступления... 1927. С. 153 – 168.

35 Власов В. Указ. соч. С. 68.
36 Голос народа. Письма и отклики советских граждан о событиях 1918 – 1932 гг. М., РОССПЭН, 1998. С. 179.
37 Максимов. Указ. соч. С. 34.
38 Трудовая Правда, 1926, 6 декабря.
39 Трудовая Правда, 1926, 5 октября.
40 ГАПО. Ф. Р 342. Оп. 1. Д. 218. Л. 76 -77, 141
41 Цит. по: Лебина Н.Б. Теневые стороны жизни советского города 20 – 30-х годов // Вопросы истории, 1994. № 2. С. 33.
42 Ширвинд Е. Борьба с социальными аномалиями... С. 31.
43 Лунеев В.В. Преступность XX века. Мировые, региональные и российские тенденции. Мировой криминоло-гический анализ. М., Норма, 1997. С. 215.
44 ГАПО. Ф. П 36. Оп. 1. Д. 1475. Л. 21; Ф. П 54. Оп. 1. Д. 124. Л. 15; Д. 136. Л. 5.
45 Там же. Ф. Р 2. Оп. 4. Д. 224. Л. 532.
46 Исаев М. Хулиганство (Юридический очерк) // Хулиганство и хулиганы... С. 11 – 12.
47 Там же. С. 13.
48 Якубсон В.Р. Судебная репрессия лишением свободы за хулиганство // Административный вестник, 1927. № 2. С. 29.
49 Там же. С. 31.

50 Белобородов Л.Г. Введение // Современная преступность (преступление, пол, репрессия, рецидив по данным переписи мест заключения). М., НКВД РСФСР, 1927. С. 4 – 5;
Якубсон В. Репрессия лишением свободы // Там же. С. 20 – 38;
он же. Хулиганство и судебная репрессия против него // Хулиганство и хулиганы... С. 85 – 95.

51 Колтун Г.И. Теневые стороны в жизни заключенных // Голос заключенного, 1924. № 10. С. 2.
52 Бехтерев Ю. «Озорство и бесчинство» в местах заключения и борьба с ним // Хулиганство и хулиганы...С. 99.
53 Власов В. Хулиганство в городе и деревне.. С. 65 – 67.
54 Трудовая Правда, 1926. № 214.
55 Власов В. Указ. соч. С. 58.
56 ГАПО. Ф. П 36. Оп. 1. Д. 1677. Л. 40.
57 Люблинский П. Указ. соч. С. 45.
58 Лебина Н.Б. Повседневная жизнь советского города… С. 64 – 66.
Tags: большевики
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments