Man With Dogs (man_with_dogs) wrote,
Man With Dogs
man_with_dogs

Categories:
  • Mood:

расстрелы заключённых без суда во время драпа РККА в войну на Сев.Кавказе

Ещё одно свидетельство о расстреле политзеков и арестантов в войну - уже по Краснодару в 1942. Напоминаю, что "контрреволюционным преступлением" считалось в том числе и любое недовольство советской властью, будь то рассказы анекдотов или неуважительные проявления к советским Начальникам (даже в виде портретов).

Итого расстреляно осуждённых и подследственных по ст.58 и 59-3:
110 чел. - Краснодарская тюрьма № 1 – 1-й этап
378 чел. - Усть-Лабинский пересыльный пункт – 1-й этап
88 чел. - Краснодарская тюрьма № 1 – 2-й этап
29 чел. - Усть-Лабинский пересыльный пункт – 2-й этап
97 чел. - Внутренняя тюрьма НКВД, Краснодар
414+98 - Армавирская тюрьма № 2 + краснодарские зеки
2+39+41+35+98=215 - Новочеркасская тюрьма

Итого: 110+378+88+29+97+414+98+215=1429 расстреляно.

В статье же приводится ДРУГАЯ итоговая цифра: 1314 человек.
Что это значит - я не знаю. Если в итоге без ростовских тюрем только краснодарские (т.е. без Новочеркасска) - то должно получиться 1214.

В статье же говорится, что документы об этих расстрелах были найдены лишь к 2008 году (публикация [3]) - т.е. НИГДЕ не были учтены в более ранних работах - у того же Земскова, например.



http://kubanmemo.ru/library/Kropachev01/4%20conf.pdf
Проблемы истории массовых политических репрессий в СССР. К 70-летию Всесоюзной переписи населения 1939 года: Материалы VI Международной научной конференции
Краснодар, Экоинвест, 2010. – 424 с. ISBN 978-5-94215-093-8
© Краснодарское краевое отделение общероссийской общественной организации «Российское историко-просветительское, правозащитное и благотворительное общество «Мемориал» (Российский «Мемориал»)
© ООО «Экоинвест», 2010

Степанова Л. Г. По законам военного времени… Их судьба была неизвестна (об эвакуации заключенных из тюрем Краснодарского края) стр.253-266
...
Документы об этапировании заключенных и подследственных из тюрем Краснодарского края долгое время хранились под грифом «Совершенно секретно» в Российском государственном военном архиве в Москве, в фонде конвойных войск. И, как это часто бывает, после рассекречивания были обнаружены в результате работы над совершенно иной темой. Все трудности, которые выпали на долю заключенных и конвоировавших их красноармейцев, в своем докладе начальнику конвойных войск НКВД СССР генерал-майору Кривенко о пешем конвоировании 980 заключенных из Новочеркасской тюрьмы и 4877 заключенных из тюрем Краснодарского края подробно описал командир 43-й бригады конвойных войск подполковник Сидорик [4, с. 4–16].

На основании этого доклада и рапортов начальников конвоев, сопровождавших этапы заключенных, отправленных в эвакуацию, которые также хранятся в Российском государственном военном архиве, мы теперь можем восстановить маршруты движения этапов и, наконец, ответить на вопрос, что же с ними произошло.
...

1. Краснодарская тюрьма № 1 – 1-й этап.

31 июля 1942 г. конвой в составе 126 красноармейцев 3-й роты 230-го полка принял под свою охрану 914 заключенных, осужденных за различные преступления (в том числе за воровство – 112 чел., за дезертирство – 366 чел., за контрреволюционные преступления – 131 чел.) [4, с. 8 об. – 10].

...группа заключенных в составе 61 человека была передана в станице Усть-Лабинской другому конвою 230-го полка, перевозившему заключенных из Краснодара в товарных вагонах.
...
В штабе фронта ими было получено распоряжение Военного совета: распустить заключенных, осужденных за бытовые преступления, годных к военной службе – передать в ближайший военкомат, а заключенных, осужденных за контрреволюционные преступления, – расстрелять. После получения этого распоряжения колонна из 740 заключенных-бытовиков была направлена в Армянский райвоенкомат, расположенный в пос. Шаумян. Оставшиеся 110 заключенных, осужденных за контрреволюционные преступления, были расстреляны.

2. Усть-Лабинский пересыльный пункт – 1-й этап.

28 июля 1942 г. на станции Усть-Лабинской были погружены в вагоны 1688 заключенных, которые должны были через Махачкалу и Красноводск прибыть в Нижний Тагил [4, с. 7–8 об.].

...Пеший путь под палящими лучами солнца оказался для 15 человек смертельным. ... Шесть раз заключенные предпринимали попытки совершить побег, причем часть бежавших была возвращена в колонну, а 18 заключенных убито при попытке к бегству.

... В результате налета было убито и тяжело ранено 900 заключенных. Пострадали и красноармейцы, конвоировавшие этап, но подсчитать все потери так и не удалосьудалось: противник высадил в районе Курганной десант, и этап начал уже обстреливаться автоматчиками, окружавшими его с флангов. В такой обстановке начальник конвоя совместно с начальником тюремного отдела УНКВД Краснодарского края приняли решение отпустить из колонны 410 заключенных, осужденных за бытовые преступления, и расстрелять 378 осужденных и подследственных за контрреволюционные преступления. Выполнив приказ, личный состав конвоя несколько дней с боями продвигался по маршруту Майкоп – Туапсе.

3. Краснодарская тюрьма № 1 – 2-й этап.

27 июля 1942 г. из Краснодарской тюрьмы № 1 были посажены в товарные вагоны 338 заключенных, которых необходимо было доставить в Махачкалу, а потом в Гурьев [4, с. 14–15].

... к нему была присоединена группа заключенных, отправленная из Краснодара, в составе 61 человека, которые по состоянию здоровья не могли следовать пешим порядком в колонне. Затем к составу прицепили товарные вагоны с заключенными Усть-Лабинского пересыльного пункта, и 3 августа эшелон был отправлен в путь.

...Учитывая сложившееся положение, начальник конвоя принял решение продолжить конвоирование заключенных пешим порядком.

...За все время следования до ст. Михайловской этап ни разу не был замечен авиацией немцев, но среди заключенных уже были потери: 7 человек умерли от болезней и тепловых ударов, еще 5 были застрелены при попытке к бегству. По пути следования от ст. Михайловской к ст. Курганной этап стал нести еще большие потери от постоянных бомбежек со стороны вражеской авиации. Почти 50% заключенных были убиты или ранены.

... Этап, таким образом, оказался со всех сторон окружен противником. ... В такой обстановке начальник этапа совместно с начальником тюремного отдела УНКВД края принял решение заключенных по бытовым преступлениям распустить, а осужденных по ст. ст. 58 и 59-3 – расстрелять. Высшая мера наказания была приведена в исполнение в отношении 88 заключенных, осужденных за контрреволюционную деятельность.

4. Усть-Лабинский пересыльный пункт – 2-й этап.

2 августа 1942 г. конвой из красноармейцев 230-го полка принял под свою охрану 155 заключенных, оставшихся в Усть-Лабинском пересыльном пункте [4, с. 10–11]. В большинстве случаев они были осуждены за бытовые преступления, количество осужденных за контрреволюционную деятельность и бандитизм составляло 29 человек.

10 августа этап подошел к ст. Апшеронской, где был встречен заместителем прокурора Краснодарского края, который дал санкцию начальнику конвоя освободить 88 заключенных.

На подходе к ст. Куринской колонну заключенных встретили начальник тюремного отдела УНКВД Краснодарского края лейтенант госбезопасности Архипов и старший помощник начальника I отделения 43-й бригады капитан Макеев, которые отдали начальнику конвоя аналогичное распоряжение, которое дали и другим конвоям, – отпустить заключенных-бытовиков и расстрелять заключенных, осужденных за контрреволюционные преступления. ...

5. Внутренняя тюрьма НКВД.

5 августа 1942 г. в связи с усложнившейся обстановкой в районе Краснодара было принято решение срочно эвакуировать 283 следственных заключенных, в том числе 97 человек, обвиняемых за контрреволюционные преступления, из внутренней тюрьмы НКВД. Конвой, состоящий из 86 красноармейцев 2-го батальона 230-го полка, должен был их доставить в Гурьев и Коканд [4, с. 11–11 об.].

Не доходя 2,5 км до пос. Шаумян, этап был встречен начальником Тюремного отдела УНКВД Краснодарского края Архиповым и старшим помощником начальника I отделения 43-й бригады Макеевым. На основании санкции Военсовета фронта здесь были освобождены 186 заключенных по бытовым статьям, которых направили в Туапсинский горвоенкомат для формирования рабочего батальона. Обвиняемые за контрреволюционные преступления были расстреляны.

6. Абинский спецлагерь.

2 августа 1942 г. на 7-ю роту 230-го полка была возложена задача отконвоировать из Абинского спецлагеря содержащийся в нем спецконтингент. На следующий день этап в составе 149 человек отправился по маршруту: ст. Абинская – ст. Афипская – ст. Имеретинская – Армавир [4, с. 12].

...В результате налета было убито 10 и ранено 19 заключенных, убит один из конвойных. При попытке к бегству конвой застрелил троих заключенных.

17 августа оставшаяся партия заключенных в составе 116 человек прибыла в Сочи, где была встречена командиром 230-го полка майором Юмашевым. Здесь в ее состав были добавлены 104 заключенных, содержавшихся в сочинской тюрьме [5, с. 38]. Вскоре этот объединенный этап был отправлен в товарных вагонах по маршруту Сухуми – Тбилиси – Баку. 2 сентября все заключенные прибыли в Баку и были сданы для дальнейшего конвоирования в Красноводск.

7. Армавирская тюрьма № 2.

В ночь с 31 июля на 1 августа 1942 г. со станции Армавир по маршруту Невинномысская – Минеральные Воды – Гудермес – Махачкала отбыл эшелон с 1129 заключенными, содержавшимися до этого в Армавирской тюрьме № 2. Для их отправки был выделен конвой в составе 131 человека [4, с. 12–14]. Кроме этого, вместе с конвоем в эшелоне находились сотрудники Армавирской тюрьмы во главе с ее начальником Морозовым. 2 августа около хутора Вольный в эшелон посадили еще одну группу заключенных численностью в 221 человек, оставшихся в живых после бомбежки станции Армавир и перевозившихся в тюремных вагонах из Краснодара [6, с. 43–45].

...Из-за возрастающей угрозы быть захваченным врагом и с целью ускорения движения здесь же на месте были освобождены 600 заключенных, осужденных за бытовые преступления на небольшие сроки.

Основываясь на полученном распоряжении Военного совета о действиях в отношении заключенных в тяжелой фронтовой обстановке, начальник Армавирской тюрьмы совместно с начальником конвоя распустили заключенных, осужденных за бытовые преступления. Остальные заключенные (414 человек, получившие срок за контрреволюционные преступления и сидевшие в Армавирской тюрьме, а также 98 человек из присоединенной к эшелону группы) 16 августа были расстреляны. Высшая мера наказания в отношении 192 заключенных была приведена в исполнение в горах, примерно в 7 км южнее от с. Хасаут-Греческий. Вторая группа заключенных численностью в 320 человек была расстреляна в ущелье, находящемся на расстоянии 15 км юго-восточнее от этого населенного пункта [6, с. 43–45].

Найденные в Российском государственном военном архиве документы, таким образом, помогли узнать, как сложилась судьба около пяти тысяч заключенных, этапированных накануне оккупации из тюрем Краснодарского края. Несмотря на горький опыт 1941 г. год спустя, летом 1942 г., они оказались в такой же ситуации, как и многие тысячи советских граждан, отбывавших различные сроки заключения на территории Украины, Белоруссии и России, внезапно подвергнувшихся военной агрессии врага. С осени 1941 г. в условиях фронтовой обстановки в стране уже сложилась практика ликвидации содержащегося в тюрьмах контрреволюционного элемента [7, с. 23, 8–9]. «Враги народа» не должны были достаться врагу, стремившемуся захватить страну.

В битве за Кавказ наиболее трагической оказалась судьба заключенных, содержавшихся в тюрьмах Краснодарского края. Несмотря на сложные условия и многочисленные трудности, впоследствии удалось справиться с эвакуацией заключенных из тюрем Орджоникидзевского края, Северо-Осетинской и Чечено-Ингушской АССР [10, с. 25–33]. Дошел до пункта назначения и эшелон с заключенными из Ростова-на-Дону [11, с. 25–33]. Лишь судьба заключенных Новочеркасской тюрьмы, колонна которых двигалась по территории Кубани пешим порядком, оказалась такой же трагической [4, с. 5–7 об.]. Из 980 заключенных, отправленных в эвакуацию из Новочеркасска в ночь на 22 июля 1942 г., около 250 человек погибли при артобстрелах и авианалетах противника, а также при переправе через реки, от болезней и изнуряющей жары. При попытке к бегству было убито 34 заключенных. Из-за возникшей угрозы захвата этапов были расстреляны заключенные, осужденные за контрреволюционную деятельность: 2 человека – около ст. Аксай, 39 заключенных – неподалеку от ст. Гиагинской, 41 заключенный – за ст. Лабинской, 35 заключенных – за ст. Владимировской, 98 заключенных – в районе аула Хасаут-Греческий.

...8 августа, когда обстановка ухудшилась, подполковник Сидорик задал этот же вопрос начальнику УНКВД Ростовской области, находившемуся в г. Орджоникидзе. Последний дал ему письменное указание, согласно которому разрешалось распустить заключенных за бытовые преступления, а заключенных за контрреволюционные преступления и бандитизм – расстрелять [4, с. 4–4 об.]. Эта установка была направлена в район нахождения этапов из Ростовской области.

...11 августа 1942 г. Военный совет в лице командующего фронтом маршала Советского Союза С. М. Буденного и членов совета Л. М. Кагановича и П. И. Селезнева (секретаря Краснодарского крайкома) дал письменную санкцию на роспуск заключенных за бытовые преступления и расстрел заключенных, обвиняемых за контрреволюционные преступления и бандитизм. Согласно этому распоряжению распускаемых заключенных, подлежащих военному призыву по своему возрасту, необходимо было передать в ближайшие военкоматы. Подобная
санкция о расстреле контрреволюционного элемента была получена начальником 43-й бригады и от командующего и членов Военного совета Южного фронта [4, с. 4 об.].

... В тяжелой фронтовой обстановке, когда среди заключенных находились противники советской власти, распустить которых вместе с уголовниками никто не решился, из-за угрозы захватов этапов наступавшими немецкими войсками были расстреляны 1314 человек, осужденных за контрреволюционную деятельность и бандитизм. Вопрос о правомерности подобного наказания в отношении «врагов народа» никто тогда не ставил, хотя многие из них попали за решетку по сфабрикованным делам. По законам того времени судьба этих заключенных должна была остаться неизвестной, а участники событий – хранить молчание.


Примечания

1 Кропачев С.А. Большой террор на Кубани: драматические страницы истории края 30–40-х годов. Краснодар, 1993.
2 Кропачев С.А. Хроника коммунистического террора. Трагические фрагменты новейшей истории отечества. События. Масштабы. Комментарии. Часть II. 1941–1953 гг. Краснодар, 1998.
3 Линец С.И. Трагедия эвакуации населения Северного Кавказа // Российский исторический журнал. 2008. № 1.
4 РГВА. Ф. 38063. Оп. 1. Д. 8. Л. 4–6. «Доклад о пешем конвоировании 980 заключенных из Новочеркасской тюрьмы и 4877 заключенных из тюрем Краснодарского
края конвоями 230 полка».
5 РГВА. Ф. 38063. Оп. 1. Д. 268. Л. 37–38 об. «Доклад командиру 230 полка НКВД».
6 РГВА. Ф. 38063. Оп. 1. Д. 268. Л. 43–45. «Доклад о конвоировании заключенных из тюрем г. Армавира».
7 Гурьянов А., Кокурин А. Эвакуация тюрем // Карта. Независимый исторический журнал. 1994. № 6.
8 «Докладная записка военного прокурора Витебского гарнизона о результатах проверки правовой и оборонной деятельности в гарнизоне» // Скрытая правда войны.
Неизвестные документы: 1941 год / под ред. П.Н. Кнышевского. М., 1992 [электронный ресурс]. – URL: http://www.rkka.ru/docs/spv/SPV.htm
9 Матох В. Без права на помилование// Белгазета [электронный ресурс]. – URL: http://www.belgazeta.by/20070423.16/530244991/
10 РГВА. Ф. 38063. Оп. 1. Д. 8. Л. 25–33. «Доклад о пешем конвоировании заключенных из Орджоникидзевского края, Северо-Осетинской и Чечено-Ингушской АССР частями 43 отдельной бригады конвойных войск НКВД».
11 РГВА. Ф. 38063. Оп. 1. Д. 268. Л. 31–33. «О выполнении задачи по конвоированию заключенных из Ростова-на-Дону».

Подсчёты.

стр.254
Все трудности, которые выпали на долю заключенных и конвоировавших их красноармейцев, в своем докладе начальнику конвойных войск НКВД СССР генерал-майору Кривенко о пешем конвоировании 980 заключенных из Новочеркасской тюрьмы и 4877 заключенных из тюрем Краснодарского края подробно описал командир 43-й бригады конвойных войск подполковник Сидорик [4, с. 4–16].

980(Новочеркасская тюрьма)+4877(тюрьмы Краснодарского края)=5857

стр.265
На основании этих приказов были распущены 3015 заключенных, осужденных за бытовые преступления и отбывавших ранее свои сроки в тюрьмах Краснодарского края. В военкоматы из этого количества заключенных было отправлено 800 человек. О судьбе остальных красноречиво свидетельствуют следующие данные, представленные к докладу министру конвойных войск СССР генерал-майору Кривенко: 1274 заключенных были убиты и ранены при бомбежках авиацией противника, 14 человек утонуло при переправе через реки, 46 – умерло от болезней и истощения, 78 – были убиты и ранены при попытке к бегству. В тяжелой фронтовой обстановке, когда среди заключенных находились противники советской власти, распустить которых вместе с уголовниками никто не решился, из-за угрозы захватов этапов наступавшими немецкими войсками были расстреляны 1314 человек, осужденных за контрреволюционную деятельность и бандитизм.

3015(отпущены)+1274(убиты и ранены в бомбёжках)+14(утонуло)+46(умерло от болезней и истощения)+78(убиты/ранены при попытке к бегству)=4427
4427+1314(расстреляно по этому отрывку)=5741
В этой общей сумме не учтены те, кого доставили по назначению.
При этом некоторые слагаемые по исходным данным были неточными - не было возможности персчитать.
+ вероятно, раненные учтены дважды.

4427+1429(расстреляно по моим подсчётам)=5856 (на 1 меньше, чем общее число этапированных заключённых на стр.254)
Замечания те же, что и к сумме выше.


Подбивка общего числа заключённых по каждому этапу:
914 - Краснодарская тюрьма № 1 – 1-й этап
1688 -Усть-Лабинский пересыльный пункт – 1-й этап
338 - Краснодарская тюрьма № 1 – 2-й этап
155 - Усть-Лабинский пересыльный пункт – 2-й этап
283 - Внутренняя тюрьма НКВД
149 - Абинский спецлагерь
104 - Сочинская тюрьма
1129 - Армавирская тюрьма № 2
221 - в тюремных вагонах из Краснодара
980 - Новочеркасская тюрьма

Без повтора 221 (уже учтённых ранее) = 5740 (на 1 меньше, чем по сумме со стр.265, но та сумма возможно с повторами и без доставленных по назначению)
С повтором 221, но без Сочинской тюрьмы = 5857 (= сумме на стр.254)
Если же считать без повтора 221 и без Сочинской тюрьмы - то = 5636

Эти подсчёты показывают, что гражданам историкам стоит проводить проверку своих подсчётов, перед публикацией, чтоб сходились цифры. А также указывать источники своих цифр - документ или свои расчёты. Без того и другого разобраться в противоречиях затруднительно.

Ещё момент - неточности формулировок. Где-то написано чётко - сколько расстреляно, где и когда, по чьему приказу и кем. А где-то эти моменты явно не указаны, что не позволяет разобраться с точным числом расстрелянных, убитых в бомбёжки, утонувших, умерших, а также в основаниях и круге (по каким статьям) расстреливаемых. Возможно - это отражение учёта по документам, но об этом можно было указать, если следить за чёткостью. А если не следить, то и от самого историка ради "гладкости и художественности изложения" можно ожидать опускания таких деталей, которые придают чёткость описанию.
Tags: Земсков, архивы, большевики
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 16 comments