Man With Dogs (man_with_dogs) wrote,
Man With Dogs
man_with_dogs

Categories:
  • Mood:

лживые экспертизы экстремизма и разжигания (Форбс)

Оказывается даже в Форбсе писали про то, что экспертизы по 280 и 282 ст.УК - это ложь и мошенничество.

Ещё раз повторяю то, что может стать целью публичной общественной, политической борьбы - отмену политического преследования.
Отмену, включая все этапы: политические статьи УК (280 - экстремизм, 282 - разжигание), принципиально лживые экспертизы (даже, когда они подписаны тем, кто их делал), центры Э и "палочная" система отчётности.

Как прозвучало час назад по Эксперт-ТВ в передаче с Фадеевым, за "экстремизм" и "разжигание" довести до суда удаётся дел 200 (это со всей ложью экспертов и палочной мотивацией центров Э), а в то же время 20 тыс. дел об орг.преступности. И как раз разгул этой преступности (якобы "не имеющей национальности") и выливается в слабый пока протест, который в 100 раз слабее орг.преступности. А государство, вместо устранения причин устраняет симптомы - разогнала отдел по борьбе с ОПГ и завело - по борьбе с "экстремизмом". Удивительно ли, что у слепых и глухих тупиц во власти всё начинает разваливать?


http://www.forbes.ru/ekonomika-column/lyudi/59833-antiterroristicheskaya-lingvistika
Антитеррористическая лингвистика
Дело Роскомнадзора против «Ведомостей» лишний раз доказывает, что лингвистическая экспертиза на предмет экстремизма просто не нужна
Максим Кронгауз | 17 ноября 2010 15:14
Автор — лингвист, профессор, доктор филологических наук, заведующий кафедрой русского языка, директор Института лингвистики РГГУ

В цепочке скандалов, связанных с лингвистическими экспертизами, нынешний, произошедший с газетой «Ведомости», стал своего рода кульминацией, а все происходящее напоминает фантасмагорию, тем более удивительную, что дело происходит в суде. Какой же вывод из этого можно сделать?

Читаю новости. Организация Роскомнадзор вынесла газете «Ведомости» письменное предупреждение, поскольку усмотрела публичное оправдание террористической деятельности в статье Майи Кучерской «Вечные ценности. Провал коммуникации». Статья была опубликована в апреле, предупреждение вынесено в июне. Газета оспорила предупреждение в суде и представила мнения специалистов из Института русского языка РАН, с факультета журналистики МГУ и РУДН, которые не усмотрели в статье оправдания терроризма. Но на судебном заседании 9 ноября Роскомнадзор представил экспертное заключение, на основании которого и было вынесено предупреждение. Авторство заключения принадлежало профессору ГУ-ВШЭ, заведующей кафедрой словесности Елене Пенской.

Однако, по словам юриста «Ведомостей», заключение не содержало ни выходных данных, ни печати ГУ-ВШЭ, что вызвало сомнение в его подлинности. На запрос «Ведомостей» ответил один из проректоров ГУ-ВШЭ: запросы от Роскомнадзора о предоставлении кандидатуры для написания заключения на эту статью не поступали, решения о назначении Пенской в качестве эксперта по этому делу не принималось. Более того, ректор ГУ-ВШЭ Ярослав Кузьминов в переписке с редакцией газеты заявил, что Елена Пенская вообще не писала заключения и готова это подтвердить. В беседе с юристом «Ведомостей» Елена Пенская отказалась от авторства, сказав, что не является лингвистом, не писала заключения и не имеет к нему никакого отношения. Если журналисты ничего не перепутали, то настоящий скандал еще предстоит, и это будет всем скандалам скандал.

Абсурдность ситуации усиливается, если знать, что Майя Кучерская — доцент кафедры словесности ГУ-ВШЭ, той самой, которой заведует Елена Пенская.

Имел ли здесь место подлог или какая-то другая юридическая неловкость, я не знаю. Суд разберется. Или по крайней мере так говорится, что суд разберется. Но для меня очевиден один факт. Лингвистическая экспертиза, связанная с делами по обвинению в экстремизме, во многом скомпрометировала себя. Эксперта (а в последнем случае — экспертное мнение при отсутствующем эксперте) очень часто используют для того, чтобы обвинить кого-то в экстремизме, задавая ему прямой вопрос, является ли данное высказывание или текст экстремистским. Лингвист не должен отвечать на такой вопрос, поскольку положительный ответ фактически сразу подводит человека под статью, а лингвист ни в коем случае не является судьей.

Совершенно очевидно, что если высказывание разжигает и призывает, то оно призывает и разжигает массы. То есть массы способны разобраться в этом без помощи лингвиста. Значит, способен это сделать и суд, но юристам проще переложить ответственность на эксперта, а это в свою очередь означает определенную неуверенность в толковании закона. Слово «экстремистский» следовало юридически определить до того, как оно вошло в текст закона, а не делать это каждый раз для каждого конкретного случая с помощью эксперта.

А пока, мне кажется, лучше не писать экспертизы такого рода.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments